Дервиши: сокровище, сокрытое в сердце ислама. Ридус

Кто такие суфисты?

Суфизм (от арабского слова «суф» — шерсть) , мистико-аскетическое течение в исламе, возникшее в рамках суннизма в VIII—IX веках и окончательно сформировавшееся в X—XII веках в самостоятельное религиозно-философское учение. Не представляет собой единого целого, поскольку существует в виде отдельных братств (тарикат) .

Суфизм — это путь очищения души (нафс) от скверных качеств и привития похвальных качеств духу (рух) . Этот путь мюрид («ищущий» , «жаждущий» ) проходит под руководством муршида («духовного наставника») , уже дошедшего до конца пути и получившего от своего муршида разрешение (иджаза) на наставничество. Такой муршид (суфийский шейх, устаз) является частью цепочки шейхов, которая восходит к Пророку, мир ему и благословение Аллаха. Тот, у которого нет иждаза от своего шейха на наставление мюридов не является истинным шейхом и не имеет права обучать желающих суфизму (тассаввуфу, тарикату) . Суфизм является живой практикой ислама. Всё противоречащее Шариату не является суфизмом, об этом писал выдающийся суфийский шейх Имам Раббани (Ахмад Сирхинди, Ахмад Фарук) в «Мактубат» («Письмена») .

Богослов аль-Газали (1058—1111) считал, что суфизм — это сама суть ислама.
Богослов Ибн Таймия (1263—1328), неоднозначно относился к суфизму, но полностью в отличие от Ибн абд аль-Ваххаба его не отрицал.

Проповедь бедности — факр
Утверждение призрачности (аш-шабах) окружающего мира.
Отказ от мирского, отшельничество — зухд
Экстатические обряды (сама) — «танцы дервишей» (кружение с бесчисленным поминанием имени Аллаха — зикр) .
Безмолвная молитва — таффакур.
Полагание на волю Аллаха — таввакуль.
Аллегорическое толкование Корана — тавиль.

Суфии
Хасан аль-Басри (642—728)
Абуль-Касим аль-Джунайд (830—910) — концепция фана — растворения суфия в любви к Богу.
Хусайн аль-Халладж (858—922) — неосознанное отождествление себя с Богом.
Абу Язид аль-Бистами
аль-Харакани
Хаджи Бекташи
Ахмед Яссави (1103—1166/67)
Ибн Араби (1165—1240) — концепция единства бытия (вахдад ал-вуджуд) .
Джалаледдин Руми (1207—1273)
Имам Раббани (Ахмад Сирхинди, Ахмад Фарук) (969—1034) по Хиджре
Кунта-Хаджи Кишиев (1830—1867)

Ступени пути суфия:

шариат — неукоснительное исполнение законов мусульманской религии;
сулук — послушничество в роли мюрида при истинном суфийском шейхе (шейхе, ишане) ;
марифат — познание Бога не умом, а сердцем.
хакикат — полное постижение истины.

мудрецы (исламского что-ли происхождения) , желающие объединить все религии и все культуры под одной крышей. Удобней это сделать через танцы.

Суфизм — форма мусульманского аскетизма, пропагандирующая любовь к соседям, к лишенному. Суфисты посвящают всю свою жизнь служению Аллаху. Это одна из ветвей мусульманских религий. В бывшем союзе их было много в Узбекестане.

Слово «суфизм» не было известно во времена посланника (САС) или сахабов или табиинов. Оно возникло в то время, когда появилась группа аскетов, которые носили шерсть («суф»), и им было дано такое имя. Эти люди (первые и настоящие суфии) были настолько набожны и богобоязненны, что они отказались от всего мирского. В их жизни было только два аспекта – заработок только для того, чтобы прокормить себя и поклонение Всевышнему.

Говорят также, что это имя взято от слова «суфия» (sophia), что означает «мудрость» на греческом. Это слово не происходит от аль-сафа` («чистота»), как утверждают некоторые, потому что прилагательное от сафа` — это сафа`и, а не суфи. Появление этого нового имени и группы людей, к которым оно применялось, обострило разделение среди мусульман.

Ранние суфии отличались от поздних суфиев, которые распространяли бид`а в большей степени и вводили ширк, как малый, так и большой, в обычаи людей, как и нововведения, против которых нас предостерегал посланник Аллаха (САС) , когда сказал: «Остерегайтесь новоявленных вещей, ведь каждая новоявленная вещь — это нововведение, а нововведение сбивает с пути». (ат-Тирмизи) .

Суфисты разделились на два самых крупных ордена – кадирия и накчбандия, которые распространились особенно в Чечне и Ингушетии.

“Суфизм предполагает крепкую связь между шейхом, главой суфийского тариката (ордена) , и мюридом (учеником) , длящуюся на протяжении их жизней и продолжающуюся после смерти. Мюрид дает ахд (клятву) верности и клянётся подчиняться шейху, который в свою очередь обещает решать все проблемы мюрида и помогать ему в решении всех дилемм, когда он обратится за помощью к своему шейху. Шейх также обещает ходатайствовать за него перед Аллахом с тем, чтобы он был допущен в Джанна (рай) . “

Мюрид должен практиковать зикр (поминания) , придуманный его шейхом, придерживаться правил ордена, быть ему верным и способствовать благополучию ордена. Власть и влияние шейха на мюрида почти безграничны.

Среди ингушей и чеченцев суфизм распределился уже по следующим вирдам (сектам) : Кунта хаджи, Вис хаджи, Батал хаджи, Баматгири хаджи…

Вайнахи же приняли Ислам от мусульман и не знали сектантства, только уже во время Кавказской войны стали проникать суфистские элементы. Добившись власти, они даже стали называть суфиями тех, кто боролся с этим явлением и стоял за Ислам без нововведений – имама Мансура-Ушурмы и имама Шамиля.

Хотя этому нет ни одного подтверждения.

Про самого имама Шамиля начали ходить самые разные сказки -1) он был накчабанди 2) он сначала был накчабанди, но потом перешел в кадири 3) он преследовал Кунту хаджи, но при встрече с ним подружился и стал танцевать зикр по кругу 4) он увидел кадиритов Кунта хаджи, когда они бегали по кругу и ему причудилось, что весь мир в огне ада и только этот круг спасается…

Таких недостоверных историй очень много, но нет ни одного доказательства.

Так же интересно, когда суфисты говорят, что они должны быть благодарны своим устазам, потому что дали им Ислам. Но это в корне неверно. Ислам был уже на Кавказе до этих людей.

Многие зикристы ушли далеко от веры и забыли законы Аллаха.

Однако, известно по летописям, что первые суфии – были истинные муслимы, они не делили бидаа и не создавали свои течения. Просто они отказались от всего мирского, от страстей ради духовного. Они не стремились к власти, богатству, политике и к другим страстям. Именно поэтому они носили самую дешевую одежду нищих – шерсть (суфа) , откуда и пошло их самоназвание. Вся жизнь их была посвящена 2 вещам – работе для самопропитания и поклонению Аллаху (чтение Корана, изучение исламских наук, проповедь Единобожия среди кафиров) .

Именно поэтому имам аль Газали сказал, что каждый муслим должен быть суфием, то есть, отказаться от мирских страстей и грехов ради духовного – ради Ислама.

Так оно и есть. Ведь Ислам проповедует, что вера лучше, чем этот скоротечный и греховный мир. Таким образом, любого настоящего мусульманина можно назвать суфием, т

или Вы о софистах?

А в светской жинзи им не место))) )

а может вы хотели узнать о софитах? Так это ЧТО, а не кто.

Суфизм основанно в Басре Хасаном аль Баср.
И имам Шамиль не был суфием. Да он на некоторое
время был суфием муридом у шейха Ярагского в
Накъшубандийском тарикате. Но когда он и его
друг Гази-Магдмед узнали что в суфизме нет
(газавата) джихада то отошли от суфизма. Но
сохранили уважение суфистам и особенно
к их шейхам!

35:11
БАКЪЛЪУХЪА БОЛЬШУЧКА К! УДИЯСУЛГУН КЪУДИСА
А суфизм это религия воров и религия спецлужб. Но сами
они обжоры, певцы и танцоры. А радикальные суфии притом
давно уже вышли из ислама своими призывами к мертвым!

Дервиши: сокровище, сокрытое в сердце ислама

Мистический и древний Ближний Восток. Когда люди слышат про этот таинственный регион в подобном контексте, многим невольно приходят на ум дервиши и факиры.

Так кто же они, эти мистики песков и каменистых пустошей? Разберемся.

Суфии. Кто они

Едва ли найдется человек в нашем мире, который не слышал о них. Суфизм называют мистическо-аскетическим направлением в исламе, которое начало формироваться еще при жизни пророка Мухаммада (Да благословит его Аллах и приветствует). Это утверждение верно лишь частично.

На заре ислама данная культура еще не оформилась. Пророк Мухаммад (благословит его Аллах и приветствует) был жив, и лично мог передавать общине всю суть учения и ритуалов. Каждый мог задать ему любой вопрос и получить на него ответ. Но в то далекое время многие аскеты уже брали на себя большие обязательства перед Богом, чем это предписывала религия. В устном предании передается, что мусульмане того времени совершали множество дополнительных молитв, и пророку (благословит его Аллах и приветствует) приходилось даже удерживать свою общину от излишеств в аскетизме.

Мусульманские ученые и историки — исследователи разделяют историю суфизма на три периода: период аскетизма, называемый зухд, период суфизма называемый тасаввуф, и период суфийских братств, называемых тарикаты. Само слово «суфий» происходит, по официальной версии, от арабского суф ‎— шерсть‎. Грубое шерстяное одеяние издревле считалось обычным атрибутом аскетов-отшельников, «божьих людей», а также мистиков на Ближнем Востоке.

Однако сказать точно о происхождении данного термина сложно. Некоторые связывают его с греческим словом «София» — «мудрость».

Так или иначе, название укоренилось и стало общеизвестным. Нужно сказать, что слово «тасаввуф», «суфизм» в Коране не упоминается.

Но необходимо понимать тот важный момент, что для истинных суфиев пророк Мухаммад (благословит его Аллах и приветствует) является образцом поведения. Посланник проводил время в молитвах и постах, никогда не жил в роскоши и полагался только на Аллаха. Разумеется, этот аскетический путь видели сподвижники, передавая этот образ жизни из поколения в поколения. Так начала формироваться традиция.

Некоторые ученые называют причинами возникновения суфизма социально-политические неурядицы первых двух веков существования общины, и общее усложнение религиозной жизни, сопровождавшееся углубленными идейными и духовными исканиями.

Я с большим уважением отношусь к подобным изысканиям, но все же, считаю, что побуждающие импульсы существовали на протяжении всей истории ислама. Нужно понимать, что сам по себе ислам идеально охватывает все стороны жизни мусульманина, по сути, являясь как религиозной, так и политической и социальной системой мировоззрения. И в нашем мире всегда будут появляться люди, которые захотят получение уникальных, мистических знаний, которые будут отрешены от мира материальных благ.

Собственно, в самой сути ислама мирское и материальное всегда противопоставляется внутреннему стремлению к совершенству. Здесь нужно рассмотреть несколько важных понятий.

Портрет дервиша.

Что такое нафс и рух

Такое понятие, как «нафс», трактуется исламской доктриной совершенно определенно. Нафс — животная душа человека, толкающую на совершение плотских деяний, грешных поступков. Нафс — это слепое следование прихотям тела, животным инстинктам.

Нафс — это как бы обиталище шайтана внутри человека. Стяжательство, высокомерие, надменность, любовь к плотским утехам — все это нафс. Требования нашего тщеславия и тщедушия. По сути, нафс — это желание поклоняться самому себе. Вот пример хадиса о нафсе, который оставил после себя пророк Мухаммад (мир ему и благослование Всевышнего): «Сильный человек — это не тот, который одержал победу над людьми, но тот, что обуздал свой нафс, пребывая в гневе».

На самом деле, приведенное понятие темной части души довольно примитивно, однако, отражает суть исламского взгляда на вещи. Вот пример ещё одно хадиса о нафсе: «Поистине, настоящий муджахид — это тот, кто сражается со своим нафсом».

Однако есть и другая часть души — рух. Коран говорит об этом: «Они спрашивают тебя о духе (рухе). Скажи: «Дух (рух) от повеления Господа моего. Даровано вам знания только немного». (сура «Перенес ночью», 85)

Рух — это то, что создано по прямой команде Аллаха, Велик Он и Славен, в отличие от обычных вещей, которые возникают в том порядке, который им предопределен Аллахом. Так говорит традиция. Человек, возможно, никогда не сможет понять эту часть своей души. Все комментаторы данного аята сходятся на том, что знание о рухе (его сущности) не принесет людям большой пользы. Этот аят был ниспослан в ответ на вопрос иудеев, заданный Пророку Мухаммаду: «Что такое душа?»

Могила Шаха Рукн-и-Алама расположена в Мултане, Пакистан. Мултан, известный своим множеством суфийских святынь, называют «городом святых».

Рух противостоит нафсу. Да, у человека нет возможности определить, что такое рух. Однако, мы знаем, что случаются события самопожертвования. Мы знаем, что люди могут спасать жизни других людей ценой своей собственной. Все эти сокрытые в душе сокровища и есть рух. Так или иначе, способность отдавать «последнюю рубашку», жизнь за любимых и жертвовать собой за людей — проявление рух.

Наблюдая кризис религии, суфии стремились к совершенству мира. Они начинали с себя, подавляя все плотское и стремясь укрепить рух, светлую сторону души путем подавления нафса. Именно для этой внутренней борьбы дервиши уходили в странствия и отшельничество, стараясь найти внутреннюю тишину и отрешенность от мирской суеты и материального мира.

Традиция ислама говорит о том, что суть Бога навсегда останется непостижимой для человеческого разума. Исламский богослов Абу Нуайм аль-Асбахани передал в книге «Хильят аль-Авлия» стихи имама Зун-Нуна аль-Мисри:

Господь Всевышний, нет ничего, охватывающего Его,
А Он охватывает нас во всём, наблюдая!
Ни «где», ни «куда», ни «как» не постигают Его,
И не ограничивают его размером и пределом.
И как же Его может охватить грань, в то время как его не видит глаза,
И нет Ему подобного ни одного?
Или, как же Он постигается воображением без уподобления?
Истинно, Он превыше от подобия и потомства.

Именно об этом говорит одна из самых красивых сур священного Корана — «Искренность»:

Мир непознаваем и люди не могут знать ничего достоверного о действительной сущности вещей. Однако, сталкиваясь с подобным агностицизмом древние мистики востока не сдались. Они поняли, что задача трансцендентального практического опыта не решаема с помощью разума. Но кто сказал, что такие задачи должен решать разум? Известный исламский поэт и ученый 11 века Джалаладдин Руми писал:

Существует город, где ты найдешь всё что пожелаешь — привлекательных людей, удовольствия, всяческие украшения — всё, чего жаждет естество. Однако ты не сможешь найти там и одного мудреца. Этот город — человек. Будь там хоть сто тысяч достижений, но если нет главного — любящего сердца — то лучше бы этому городу лежать в руинах.

Практически все практики исламских мистиков сосредоточились на аспекте любви к Богу. Идеал совершенный человек, по мнению суфиев, это тот, кто победил своё эго (нафс) и достигший состояния высшего духовного самосовершенствования, просветления, после того как преодолел неверие.

Здесь следует пояснить, что приверженцы тасаввуфа не довольствовались преодолением неверия разумом и логическими доводами. Идя путем аскетизма и сосредоточения любви к Аллаху в своем сердце, они добивались всеобъемлющей вспышки озарения, внутреннего света, который не оставляет больше никаких сомнений.

Краткая история суфиев

Танец дервишей Ордена Мевлеви, снятый фотографом Паскалем Себахом (Стамбул, 1870 г.)

Постепенно, по мере формирования традиции, начали развиваться различные школы и направления в суфизме, которые именуются словом «тарикат». По своей сути, тарикат это даже не школа, а метод духовного возвышения и мистического познания Истины, поиск той самой вспышки внутреннего света, о которой мы говорили выше.

В своей массе, на ранних этапах развития традиции к суфийским шейхам не приходило множество образованных людей. Тасаввуф начинал свое развитие скорее как «народное богословие», оперировавшее достаточно понятными терминами. Учение рассматривали как путь, проходя который адепт очищается от «мирской скверны» и сближается с Аллахом. По мнению мистиков, не было никакого смысла в культе учености, если нет внутреннего озарения и состояния даже не абсолютной веры, а, скорее, абсолютного доверия к Богу. Акцент делался на искренность и бескорыстие.

В связи с этим, как и в других мистических учениях, суфии стали разрабатывать способы внутреннего самосозерцания и самоконтроля.

еках суфизм становится важным элементом религиозной жизни мусульманского общества. С другой стороны, это провоцирует сопротивление многих суннитских богословов, которые почувствовали соперничество и угрозу со стороны суфийских учителей. Как уже было сказано, тасаввуф очень быстро захватывал умы народных масс в среде мелких торговцев, ремесленников и караванщиков. Ведь не нужно быть абсолютно грамотным, что бы восхищаться звездным небом, закатом и восходом в пустыне, радоваться зелени растительности в оазисах? Ведь все это — восхищение творением. И в своих практиках, во многом, суфии достигали состояния бесконечной любви к Творцу через созерцание творения, окружающего мира и самосовершенствование. Это было, с одной стороны, достаточно сложно. Но для этих практик не нужно было изучать тысячи книг, посвятив себя полностью и целиком книжному знанию.

Абу Хамиду Аль-Газали, исламский богослов суннитского толка, правовед и философ 11-го века внес, вне всякого сомнения, огромный вклад в примирение и интеграцию суфийских идей с классическим суннитским богословием. Польза тасаввуфа, по мнению аль-Газали, это направленность его учения на нравственное совершенствования человека. Но Газали отвергал притязания суфиев на онтологическое единение с Богом и признавал «единение» лишь как символ постижения божества высшей познавательной силой.

И вот здесь, по моему мнению, он был прав. Дело в том, что Газали жил в очень непростое время. Сам богослов имел прекрасное образование, начал постигать исламские науки еще в детском возрасте и был, вне всякого сомнения, величайшим ученым своего времени. Его приглашают в Багдад, Газали преподает исламское право (фикх) в самом престижном медресе, жизнь и карьера складываются как нельзя лучше. И вдруг…

«Танцующие дервиши», (ок. 1480/1490 годы) и «Шесть суфийских мастеров», ок. 1760 года

В 1095 году аль-Газали под предлогом совершения паломничества вместе с семьёй покидает Багдад. Сам аль-Газали объясняет свой поступок следующим образом:

Затем, понаблюдав за собой со стороны, я нашёл своё положение опасным для меня, и что я очень привязался ко всему тому, что приобрёл из благ земной жизни, и всему тому, что окружало меня. Затем я, проследив за своими делами, заметил, что лучшее, чем я могу быть занят, — это преподавание и обучение. Но это были науки, не приносящие пользы на том свете и не столь важные для земной тленной жизни. Я вспомнил о своём намерении обучать, и оказалось, что делаю это не чисто ради Аллаха, а ради славы и почёта. Тогда я убедился, что нахожусь на краю пропасти и в итоге могу попасть в Ад, если не возьмусь за исправление своего положения. И поэтому я решил выехать из Багдада, поскольку мысли о моём положении не давали мне покоя, но моей душе (нафсу) это отнюдь не понравилось, и она стала мне противиться. И, таким образом, я стал колебаться между своей необузданной страстью и эгоизмом и призывами того света до тех пор, пока дело не перешло от выбора к необходимости…

Почувствовав, что нафс может победить рух, ученый 11 лет проводит в отшельничестве. И здесь мы видим, как ученый богослов становится на путь ученого-дервиша.

Но уже в его век различные шейхи тарикатов начинают требовать от своих учеников абсолютного подчинения. С одной стороны, это можно объяснить тем, что в традиции суфиев учитель является для ученика проводником в пустыне непознанного, которому следует безоговорочно доверять. С другой стороны, такое положение дел начало давать определенные сбои, открывая двери для тщеславия у самих шейхов.

В тарикатах появилась своя иерархия. Возник своеобразный культ святых, с чем совершенно были несогласны суннитские богословы, так как ислам отвергает любое предание Богу сотоварищей, посредников или «спецпредставителей», как уже было заявлено в начале статьи.

Появился культ «чудес», связанных с деятельностью шейхов тарикатов, в результате которых нарушались законы мироздания, физики и, иногда, совершенно неумолимой логики. Появились легенды о возможностях шейхов летать, ходить по воде, преодолевать огромные расстояния за несколько секунд. Из-за этих веяний возникла чудовищная вульгаризация суфизма, упрощение и, по сути, профанация его теории и практики.

Это вызывало законное осуждение как со стороны суфийских авторитетов, так и со стороны ортодоксальных суннитов, критиковавших суфизм за практику «недопустимых новшеств» и извращение положений шариата. К сожалению, из-за всей этой волшебной мишуры сокрытое в сердце сокровище суфизма, которым является внутреннее перерождение человека, его способность принимать мир таким, какой он есть и прекращение всех внутренних конфликтов — все это уходило на второй план. Но, разумеется, этот кризис не смог прервать настоящей традиции. Просто тасаввуф стал «путем не для всех».

Новая школа

Суфийский молитвенник эпохи Великих Моголов из ордена Чишти.

На сегодняшний день ситуация стала еще более «гротескной». Начатый некогда «культ чудес» выродился в достаточно странные формы, от участия ложных суфиев в фестивальных балаганах типа «битвы экстрасенсов», до не менее смешных «академиков всех мистических академий» и мошенников, которые утверждают, что нет никакой необходимости быть мусульманином, что бы стать суфием.

Мошенники проводят «семинары и суфийские практики», пишут книги, успешно осуществляя отъем денег у населения. Весь этот порочный балаган весьма неплохо интегрировался в движение «нью-эйдж».

С другой стороны, соблюдающие все предписания ислама мусульмане теперь могут изучать труды величайших суфийских ученых, поступать в медресе, изучать арабский язык и обращаться к суфийским шейхам. Так обстоит, например, дело на Кавказе, где суфийские тарикаты укоренились весьма хорошо и на сегодняшний день являются очень серьезным фактором сдерживания радикального исламизма.

Но все же, главное то, что тасаввуф сумел преодолеть кризис и продолжает заставлять людей задавать себе самим правильные вопросы о пространстве собственной души. Ведь и сейчас находятся люди, которые отрекаются от суеты, уходя, подобно имаму аль-Газали, в длительное паломничества через тайную тропу, через меридианы мира собственного сердца.

Что такое суфизм и кто такие суфии?

Что такое суфизм и кто такие суфии? Одни говорят, что суфизм – это раскол в исламе, а другие – что в нем нет ничего плохого. Не могли бы вы помочь мне понять смысл суфизма. Я читала, что мусульмане на Кавказе принадлежат к шафиитскому мазхабу суфийского толка.

Ас-саляму алейкум уа рахматуллах уа баракатух. Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного. Вся хвала и благодарность Аллаху, мир и благословение Его Посланнику. Дорогая сестра Хава, благодарим Вас за оказанное доверие. Мы взываем к Аллаху Всемогущему, дабы Он осветил наши сердца для истины и даровал нам благословение в этом мире и в Судный День. Аминь. Суфизм – это ведение аскетического образа жизни. Такой вид поклонения существует во всех религиях, но в каждой религии его реализуют по-своему. Например, индуисты, принадлежащие к низшей касте, часто впадают в крайности, подвергая себя пыткам ради достижения наивысшего уровня духовности. То же самое касается и христианства, в частности, целибата (безбрачия). Далее, в Персии существует секта, называемая «манизм» и имеющая подобные традиции. А в Греции есть секта, которая называется «ар-рувакиин» (отказывающиеся от роскоши этой жизни). Подобные группы, впавшие в те или иные крайности, есть и во многих других странах. Ислам же, в отличие от их всех, проповедует умеренность в жизни. Он считает человека созданием, которому присущи душа, тело и ум, и разъясняет, что все эти составляющие нуждаются в особой заботе. Именно это однажды объяснил Пророк одному из своих сподвижников, Абдуллаху ибн Имру ибн Аль-Аасу, который впадал в крайности в поклонении Аллаху. Он перестал есть, спать и проводить время с женой. Пророк (да благословит его Аллах и приветствует), сказал ему: «…Твои глаза имеют на тебя право, и твое тело, и твоя семья (т.е. жена) имеют на тебя право. Дай каждому его права». Далее, некоторые сподвижники пришли к Пророку домой, чтобы спросить его жену, как он обычно поклоняется Аллаху. Услышав подробности о его актах поклонения, они поняли, что отстают в этом от Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Они посчитали, что не дотягивают до уровня, который требуется от истинного верующего. Кроме того, они были уверены, что им нужно совершать гораздо больше поклонения, чем ему, ведь Пророку (да благословит его Аллах приветствует) уже прощены все его грехи. Поэтому они поклялись, что будут усердствовать в актах поклонения. Один из них поклялся держать без перерыва пост, другой поклялся больше не вступать в интимные отношения с женой, а третий сказал, что будет молиться по ночам и вообще не будет спать. Тогда Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) собрал их и сказал: «Клянусь Аллахом, я более покорный Аллаху и больше боюсь Его, нежели вы. Но я пощусь, и прерываю свой пост, и сплю, и женюсь на женщинах. А тот, то не следует моей Сунне, не от меня (не является моим последователем)». Это показывает, что ислам утверждает умеренность во всем. Однако люди прибегают к суфизму как к способу спастись от агонии материализма, подступающей из-за того, что люди ощутили на себе материальное изобилие и экономический подъем. Все это сделало их рабами роскоши, да плюс к тому они оказались под властью пустопорожних идей. Таким образом они отождествляют религиозные убеждения с философскими и теологическими канонами, и такая аномалия в мышлении окончательно привела их к пренебрежению духовными аспектами жизни. Между тем, исламские юристы не смогли глубже вникнуть в эту проблему. Вместо того, чтобы попытаться понять духовный аспект поклонения, они просто лишь застопорились на его физических аспектах. Это и породило религиозную группу, называемую суфиями, которые пришли, чтобы заполнить эту пустоту между теологами и юристами, поскольку последние, как я уже сказал, не смогли изменить людей в духовном плане. Суфии уделяли огромное внимание анализу внутреннего мира человека, а не его поведения. Они обратились к психологическим вопросам – к внутреннему, а не внешнему. Их главной целью было переделать нравы человека, чтобы помочь ему в достижении духовной благодати. Один из суфиев сказал: «Добронравие – вот что делает хорошего суфия». Первые суфии служили достойным примером, поскольку они придерживались учений ислама в том виде, в котором они донесены в славном Коране и Сунне Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Кроме того, они предпринимали все возможное для распространения ислама, и многие люди приняли ислам от этих великих суфиев, которые не оставляли камня на камне, воюя против ереси, атеизма и язычества. Однако история знает и отрицательные примеры – когда некоторые суфии высказывали мнения, не проистекающие из ислама. Например, идею об отличии между реальностью и восприятием в том смысле, что человека нужно судить не за его дела, а за состояние души (то есть за то, что он чувствует). Хотя такой человек может найти оправдания своему проступку. Они также утверждают, что внутренние ощущения суфия – это источник руководства для него; через их посредство он узнает о законном и запретном. Именно поэтому они всегда находят ошибки у ученых по хадисам, которые всегда говорят «тот-то и тот-то приводит слова того-то и того-то…» Они считают такие повествования недостоверными. Достоверное изречение, по мнению суфиев, должно начинаться так: «Меня вдохновил Господь…» Они также подшучивали над учеными по хадисам: «Вы любите рассказывать об изречениях от смертных. Но мы, суфии, рассказываем об изречениях от Аллаха, вечного Господа». Тем самым они претендуют на непосредственную связь с Аллахом. Из-за всех этих безосновательных идей суфии относились к своим ученикам как к бездарям: «Ученики по отношению к суфиям – как труп во власти того, кто его омывает». Но и это не все; они даже лишали учеников права требовать от учителей больше информации, считая, это с самого начала обрекает на неудачу (что это в принципе безнадежное дело). Честно говоря, такая извращенная позиция этой группы суфиев уже сказалась на современной молодежи, которая из-за невежества принимает все услышанное на веру. Такое легковерие приводит к ослабеванию характера суфия под влиянием его шейха, поскольку суфий становится столь же беспомощным, как и труп в руках того, кто его поддерживает или омывает. Таким образом у них появляется безразличное отношение к несправедливости и угнетению, на что суфийские учителя говорят им: «Отдайте кесарю кесарево, а Господь позаботится о человеке». Однако в конце туннеля виден свет. Некоторые суннитские ученые, равно как и добродетельные мусульмане (саляф), пытались видоизменить учения суфиев согласно учениям Корана и Сунне пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует). Одним из великих ученых, чьи усилия в этом плане невозможно не заметить, был Ибн Аль Каим. Он написал книгу под названием «Мадаридж ас саликин иля маназиль ас- саирин». Это трехтомный комментарий к книге шейха Исмаила Аль-Харви Аль-Ханбали под названием «Маназиль ас-саирин иля макамат ияка набуду уаияка настаин», и к нему можно обращаться для согласования мнений суфиев и учения Корана и Сунны. Итак, мы должны попытаться перенять из учений суфиев то, что соотносится с учениями Корана и Сунны, например, призыв к возвышенным ценностям и взаимной любви. Кроме того, можно прислушаться к их мнению о том, как избавиться от психических заболеваний и достичь духовной благодати. Суфии в своем большинстве являются достойными людьми, которые помогают лучше понять эту форму поклонения Аллаху. Одним из таких умеренных суфиев является имам Аль-Газали, чьи идеи соотносятся с учениями ислама.

Оcновные противоречия между салафизмом и суфизмом

Рахматуллин, Р. Ю. Оcновные противоречия между салафизмом и суфизмом / Р. Ю. Рахматуллин. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2014. — № 12 (71). — С. 409-411. — URL: https://moluch.ru/archive/71/12214/ (дата обращения: 28.08.2022).

Ныне, когда исламский фактор приобрел глобальный характер, возрастает интерес к мировоззренческим идеям, проповедуемым мусульманами. Поскольку ислам, как и всякая другая религия, многолик и представлен множеством течений, каждое из которых претендует на роль самого истинного учения, то возникает потребность их исследования. В современной России наибольший интерес вызывают два течения, отличающиеся рядом положений от классического ислама: салафизм и суфизм.

Салафиты, часто называемые в российских средствах массовой информации ваххабитами, претендуют на роль носителей «чистого ислама» времен пророка Мухаммада и первых мусульман (саляфов), претендуют на роль «исламских протестантов», борющихся с нововведениями (бидаа) в исламе [1]. Одним из опасных носителей этих нововведений, как они полагают, являются суфии. Называя их врагами ислама, наиболее радикально настроенные салафиты даже призывают их убивать. Так, 28 августа 2012 года в Дагестане террористка-смертница пришла в дом авторитетного суфийского шейха Саида-афанди аль-Чиркави и совершила самоподрыв, убив при этом шейха, его жену и еще пять человек, в том числе 12-летнего ребенка. Убийцей оказалась принявшая ислам салафитского толка молодая русская женщина Алла Сапрыкина.

Такая враждебность со стороны салафитов по отношению к суфизму определяется тем, что суфии якобы нарушают основополагающий принцип ислама — таухид (единобожие), поклоняясь могилам святых, почитая шейхов и пиров. В исламе такое обвинение является очень серьезным: в нескольких сурах Корана в весьма ясной форме подчеркивается необходимость поклонения единому и единственному Богу — Аллаху: «Скажи: «О люди Писания! Давайте придем к слову, справедливому меж нами и вами, дабы мы не служили никому для нас и для вас, о том, что мы не будем поклоняться никому, кроме Аллаха, и дабы мы не уподобляли Ему никого, и дабы иные из нас не сотворяли себе господ из других — помимо Аллаха» [2].

Салафиты полагают, что суфии поклоняются помимо Бога еще кому-то или чему-то. На самом деле, в суфизме очень высок авторитет учителя: мюрид (ученик) должен полностью подчиняться муршиду (учителю, наставнику), подражать ему, беспрекословно выполнять его требования. Но является ли это поклонением, полноценно заменяющим поклонению Богу? Конечно же, нет. Муршида можно сравнивать со строгим и грамотным тренером, который требует от спортсмена неукоснительного соблюдения режима, выполнения всех необходимых технических и физических условий тренировки. Или же — с проводником, который сопровождает путника по незнакомой местности. Вот как характеризует личность наставника современный суфийский шейх ордена Шазилия Мухаммад Саид аль-Джамал: «Это вожатый, указывающий тебе Путь, брат твой. Ты не увидишь Пути, не зная, что ты должен чувствовать и чем ты должен стать во время следования по этому Пути. Ты — Путь Истины. Идти по этому Пути очень трудно, ибо ты вступаешь во мрак и сталкиваешься со множеством невзгод. Тебе необходим наставник, который протянул бы тебе руку помощи. Лишь следуя за знающим вожатым, ты сможешь сам обрести Знание. Разве сможешь ты обрести Бога иначе, чем следуя за человеком, который уже обрел Бога? Он прошел этот путь прежде тебя и достиг высшей стоянки. Он знает, как идти по Пути и как преодолевать трудности и невзгоды. Он знает, что хорошо, а что плохо, ему ведомы правильные и дурные пути этого мира» [3, c. 61]. История суфизма не знает ни одного адепта, который требовал бы заменить Бога человеком. Суфии призывают уважительно, с почтением относиться к учителю, но почтение не есть поклонение.

Касаясь радикализма салафитов, слепого соблюдения ими таухида, следует упомянуть, что они запрещают даже отмечать день рождения пророка Мухаммада — праздник Маулюд, отмечаемый большинством мусульман и объявленный в некоторых мусульманских странах выходным днем. Этот запрет они объясняют тем, что якобы нельзя поклоняться Мухаммаду, когда есть Аллах, нельзя заменять Бога даже самым почитаемым святым. Но разве муж, подаривший своей жене в день ее рождения букет роз, предал тем самым Бога, заменив его своей женой?

В своем понимании соблюдения таухида салафиты зашли так далеко, что разрушили памятники на могиле матери пророка Мухаммада Амины, его жен и близких родственников, облили места их захоронения бензином, сравняли с землей и сожгли. Примерно так же поступили салафиты в современной Ливии и Сирии, где они взорвали могилы известных суфийских шейхов. Объясняют они такие варварские поступки тем, что якобы мусульмане, посещая эти могилы, забывают о таухиде.

В социальной сети «Вконтакте» есть группа «Суфизм на весах Шариата», которую обосновали салафиты для распространения своей критики суфизма. Статьи и комментарии, помещенные на стене этой группы поражают своей нетерпимостью к тем, кто не поддерживает идеи салафизма (ваххабизма). Суфиев здесь называют «трупомольцами», «могилопоклонниками», выражают радость по поводу разрушения их могил, убийства 75-летнего суфийского шейха Саида-эфенди и его жены. Этих людей правильно было бы называть варварами от ислама, ничего общего не имеющего с миролюбивой природой этой религии. Известный богослов из Саудовской Аравии Юсуф ар-Рифаи, обращаясь к идейным вдохновителям салафизма, пишет: «Вы разрушили надгробные плиты могил сподвижников Пророка, его жен, его близких родственников. Вы сравняли их могилы с землей, и не отличить одну могилу от другой, даже некоторые могилы облили бензином и сожгли (имеется в виду могила матери Мухаммада — Р. Р.). Могли же вы оставить в силе разрешение ставить на могилы камни, которые дозволены, высотой в пядь, ведь это дозволено двумя свидетельствами. До нас дошло, что сам Пророк поставил камень на могилу Усмана, сына Мазуна и сказал: «Я это поставил, чтобы знать, где находится могила моего брата и чтобы похоронить рядом с ним умерших из моих родственников». Вы считаете вероотступниками суфиев, а также последователей убеждений имама Аль-Ашари (то есть всех, кто не признает ваххабизм — Р. Р.). Вы отрицаете и запрещаете следование мазхабам четырех имамов (имам Абу Ханифа, имам Малик, имам Шафии, имам Ахмад ибн Ханбал), в то время как большинство мусульман является последователями этих мазхабов» [4].

Аль-Газали, думается, привел необходимый и достаточный аргумент для снятия противоречия между исламской ортодоксией и суфизмом, согласно которому критерием мусульманской природы суфизма является отсутствие несогласованности суфийского учения с Кораном и Сунной.

Еще одной отличительной чертой салафитов являются то, что не согласующееся с их учением положения они называют нововведением (бидаа). Так, они весь суфизм считают вредным нововведением, как бы не замечая того факта, что суфии существовали еще при пророке Мухаммаде, и что силсила (цепь духовной преемственности по которой от одного наставника другому передается божественное благословение) любого направления суфизма начинается с личности самого пророка.

Заблуждением салафитов является и утверждение, что суфии поклоняются могилам. Разве посещение могилы матери, совершение у её могилы молитвы с просьбой у Бога прощения её возможных грехов, совершенных при жизни, является поклонением могиле матери, замену Бога своей матерью или другим родственником? Паломничество суфиев к местам захоронения святых и паломничество мусульман в Каабу (главной мусульманской святыне) — явления одного порядка. Если можно совершать паломничество в Каабу, в которой, кстати, в доисламские времена хранились идолы, то почему это запрещено по отношению к могилам святых? Если можно целовать черный камень, вмонтированный в стену Каабы, то почему нельзя это делать с надгробной плитой на могиле шейха или другого близкого человека?

Думается, еще одной причиной враждебного отношения к суфизму со стороны салафитов является то, что суфии не занимаются политикой — суфизм стоит вне политического ислама. Ему чужды призывы к исламизации политики, образования, построению исламского государства, присущие сторонникам радикального ислама. Они соблюдают в этом известный мусульманский принцип полагания на Бога, вверения своей судьбы Богу (принцип таввакуля), считая, что Богу лучше знать, что делать и что не делать.

Мы считаем, что салафитская оценка суфизма как псевдомусульманского течения, полностью лишена оснований. На мусульманскую природу суфизма указывает авторитетный исследователь этого течения А. Д. Кныш: «Характерно, что суфийские авторы IV-V/ X-XI вв. обычно начинали свои сочинения с изложения своих теологических воззрений. Их главной целью было доказать свою преданность тому или иному варианту суннитского «правоверия» [5, c. 131]. Саид эфанди аль-Чиркави пишет, что за два года до смерти встал на суфийский путь основатель самого многочисленного и авторитетного суннитского мазхаба (религиозно-правовой школы), один из почитаемых в исламском мире богословов Абу-Ханифа [6, c. 187]. Cвидетельства приверженности основателя ханафитского мазхаба к суфизму приводятся и в статье Р. Г. Батрова [7]. Мы, в свою очередь, в различных работах приводили многочисленные аргументы для доказательства приверженности суфиев к соблюдению основополагающих принципов ислама [8, с. 22–30; 9; 10; 11; 12, с. 114–122; 13, с. 22–27].

Важно заметить, что основанием для салафитской характеристики суфизма как выходящего за пределы ислама течения, является, видимо, и существование в современной культуре многочисленных учений, выдающих себя за суфизм. Интервал их значений располагается от гармонизирующихся с каноническим исламом учений аль-Газали и Саида аль-Чиркави до насыщенного ведическими идеями учения Хазрата Инайят Хана и, в особенности, его сына Хидайят Инайят Хана, основавших так называемую неосуфийскую общину в США, в которой игнорируются фундаментальные положения ислама. Не говоря уже о расплодившихся за последнее время вульгаризированных учениях многочисленных учителей-шарлатанов, сделавших суфизм доходным ремеслом. На многоликость учений, позиционирующих себя в качестве суфийских, обращает внимание и дагестанский исламовед М. И. Билалов: «Структурная неоднородность, точнее, эклектичность суфизма усугубляется всевозможными формами свободомыслия, такими, как боговерчество, антиклерикализм, ересь, индифферентизм, скептицизм, пантеизм, деизм, в том числе и атеизм» [14, c. 28]. Мы полагаем, что главным критерием различения суфийского учения от существующих под суфийской вывеской многообразных квазиучений, является признание или непризнание основных принципов ислама, изложенных в Коране.

Подытоживая содержание статьи, отметим, что суфизм представляет собой религиозно-мистическое учение, возникшее и развивающееся в рамках ислама и претендующее на роль проводника, приводящего человека к истинному пониманию себя и Бога. В отличие от салафизма, он представляет собой наиболее толерантное мусульманское учение, основывающееся на исламском принципе «в религии нет принуждения».

1. Аль-Бути Мухаммад Саид Рамадан. Салафия. М., 2008.

3. Шейх Мухаммад Саид ал-Джемал ар- Рифай аш-Шазули. Семь стоянок на Пути от себя к себе. СПб., 2009.

4. Юсуф ар-Рифаи. Истинные наставления нашим братьям-ученым из Неджда // URL: http://www.minaret.kz/phpBB3/viewtopic.php?f=24&t=864.

5. Кныш А. Д. Мусульманский мистицизм. М., 2004.

6. Саид-афанди аль-Чиркави. Сокровищница благодатных знаний. М., 2003.

7. Батров Р. Г. Абу-Ханифа и проблемы раннего суфизма // Ученые записки Казанского государственного университета. Гуманитарные науки. 2010. Т. 152. Кн. 1.

8. Рахматуллин Р. Ю. Суфийская антропология // Проблема человека в философских традициях Востока и Запада: Сборник научных статей. Уфа, 2006.

9. Рахматуллин Р. Ю. Генетические источники мусульманского права // Научный вестник Омской академии МВД России. 2011. № 4.

10. Рахматуллин Р. Ю. Суфийская антропология // Исламоведение. 2013. № 1.

11. Рахматуллин Р. Ю. Модель человека в суфизме // Вестник ВЭГУ. 2014. № 3 (71).

12. Ахмедов Р. М., Рахматуллин Р. Ю., Сулейманов Т. Ф. Религиоведение: Курс лекций. Уфа, 2005. С. 114–122.

13. Рахматуллин Р. Ю., Хидиятов Н. Б. Иррационалистическое направление в философии. Уфа, 1995. С. 22–27.

14. Билалов М. И. Влияние ислама и суфизма на познавательную культуру // Исламоведение. 2012. № 3.

Основные термины (генерируются автоматически): суфизм, Бог, могила, суфий, IV-V, X-XI, большинство мусульман, мусульманская природа суфизма, основополагающий принцип ислама, суфийское учение.

Суфизм в исламе (Накшубандийский тарикат)

В статье-эссе рассматриваются пути постижения суфизма в Исламе. Статья построена на поэтическом изложении Накшубандийского тариката, вскрывающего пути духовного постижения религии и причинно-следственные особенности прихода к нему.

Текст статьи:

Аль-Газали в книге «Избавление от заблуждения» пишет: и открылось мне во время прохождения этого пути такое что невозможно описать. А то же что я напишу чтобы вы могли получить пользу от этого – это то что я узнал без тени сомнения что только суфии опередили всех на пути к Аллаhу, и что их путь самый верный из всех путей, и ихние качества самые чистые из качеств. И если даже соединить ум всех учёных, мудрость всех мудрецов и знания тех кто в совершенстве познал шариат для того чтобы изменить что ни будь в их поведении и вместо него поставить более совершенное то они не смогут этого сделать так как все их внешние и внутренние движения взяты от света пророчества. И нет в этом мире света выше чем свет пророчества.

Существует много тарикатов (путей) следуя которым можно постичь это сокровенное учение. Среди этих путей избранным путём является Накшубандийский тарикат.

В книге «Мактубат» Имама Раббани сказано: знай что самый близкий ,самый надёжный, самый достойный, самый совершенный (не буду перечислят все формы восхваления которые Имам Раббани приводит здесь, я насчитал их 12)из тарикатов — это Накшубандийский тарикат. И всё величие это получено посредством следования Пророку да благословит его Аллаh и приветствует.»

К 17 годам Имам Раббани был Шейхом двух тарикатов Кадирия и Чиштия потом и Сухравардия но несмотря на это он стал мюридом Накшубандийского тариката. И достиг ступени «Кутбул ‘авс» («Кутбул ‘авс» — это глава всех суфиев и все суфии нуждаются в нём. Он бывает только один. Когда он умирает на его место назначается другой).

Про него говорят что он обновитель Ислама второго тысячелетия. Его мюридами были более 900 000 человек.

Из особенностей этого тариката является то что ожидаемый мусульманами Махди будет из этого тариката.

Теперь приступим к разъяснению этого пути.

В книгах тариката Накшубанд сказано:
Есть четыре пути следуя по которым мы можем познать Аллаhа и достигнуть состояния «Фана»

Первый и самый короткий и предпочтительный это «сухбат» (то есть дружба или духовная связ)с истинным Шейхом. В Накшубандийском тарикате средством приближающим к Аллаhу является Мюршид, а всё остальное это как бы помощники в этом.

Однажды один из суфиев написал Имаму Раббани: эти все ступени суфизма которые ты описываешь они были у сподвижников Пророка да благословит его Аллаh и приветствует или нет? И если да они достигали их постепенно или сразу? В ответ Имам Раббани написал этому суфию: чтобы ответит на этот вопрос ты должен явиться ко мне. Когда суфий предстал перед ним Имам Раббани вложил в его сердце все эти стоянки, а потом спросил: скажи что ты сейчас думаешь? Суфий положил голову на его ноги и сказал: теперь я знаю что всех ступеней суфизма сподвижники Пророка достигали в самом начале.

В книге «Танбиhу саликин» Хасан Афанди говорится: То что салик найдёт в сухбате с Шейхом за одно мгновение невозможно найти изучив тысячу книг и занимаясь поклонением тысяча лет.

Но для сухбата есть адабы без которых от сухбата не будет пользы. Вот основные из них.

1. В сердце мюрида должна быть безграничная любовь и уважение к своему Шейху которая даже сильнее чем любовь к себе и к своим детям.

2. В сердце мюрида должна быть уверенность в том что только через своего Шейха он сможет достигнуть своей цели.

3. Мюрид должен исполнят все веления Шейха если даже он не может постичь его смысл. Был такой случай: один из Шейхов как то сказал мюридам приведите сюда верблюда и поднимите его на крышу этого дома. Все мюриды стали обсуждать зачем Шейх это сказал как возможно поднят верблюда на крышу и какая от этого польза. И только один мюрид ничего не говоря привёл верблюда и начал кружиться с ним вокруг дома и думать как бы его поднят на крышу. Шейх сказал отведи верблюда обратно. Мюриды спросили в чём смысл всего этого? Шейх ответил я хотел вам показать истинного мюрида. Тот кто не раздумывая привёл верблюда и есть истинный мюрид.

Это основные Адабы «сухбата» кроме них есть очень много адабов, не буду тут перечислят их. Если вам будет интересно напишу в отдельном сообщении.

Второй путь: Рабита. Рабита это духовная связь с Шейхом достигших определённых ступеней в суфизме посредством воссоздания в сердце его образа (вплоть до растворения в нем). Этим путём тоже можно достичь «Фана».

В книгах сказано если мюрид сможет растворится в Шейхе (то есть забыть обо всём кроме него) то он достигнет растворения в Аллаhе (фана) Говорят что рабита оказывает даже большее воздействие на мюрида чем зикр.

Третий путь: Зикр. То есть поминание Аллаhа определённым образом которому научил его Шейх.

Каким же зикрам учить Шейх в Накшубандийском тарикате. Когда желающий стать мюридом приходит к Шейху он делает ему «Таваджуh». Таваджуh можно понят так: Сердце обычного человека бывает похожим на поле заросшее сорняками или на сильно запыленное стекло. Шейх же как бы вырывает из его сердца эти сорняки или же смахивает эту пыль с его сердца и оно начинает познавать Аллаhа.

Чтобы понят воздействие «Таваджуhа» думаю уместным будет привести в пример один случай.

Человек о котором буду я рассказывать мой очень хороший знакомый и живёт в настоящее время в городе Кизильюрте. И то что я сейчас расскажу я слышал от него. Этот человек был конченым алкоголиком которого невозможно было вылечить. Он даже один раз положив руку на Коран поклялся завязать с этим делом но не выдержал и 10 дней. Однажды рассказывает этот человек я как всегда пьяный стоял возле автостанции и было это в месяце Рамазан и так как я слышал о Саид Афанди я подумал может мне съездить к этому человеку быть может он мне поможет. Я купил ещё бутылку водки и сел в автобус. Под вечер я приехал в Черкей и там от местных жителей узнал где находиться дом Саида Афанди. Когда я зашёл то Шейха не оказалось дома. Мне сказали что он должен прийти к ночи. И меня отвели в комнату где он принимает гостей. К ночи там начали собираться какие то люди а чуть попозже пришёл и сам Саид Афанди и они начали совершать коллективную молитву (это молитва таравих которые мусульмане совершают в месяце Рамазан) и хотя я не умел молиться и у меня не было омовения я тоже встал рядом с молящимися и начал делать то что они делают. От запаха которым от меня несло те кто был рядом со мной убежали в сторону. После того как они закончили молитву и ушли домой в комнате остались я и Шейх. Шейх спросил меня: какова была причина того что ты пришёл ко мне в таком виде? И я рассказал ему свою историю. Тогда шейх спросил меня: ты молишься? Я ответил что нет. А пост? Тоже нет. Тогда Шейх сделал мне маленькую проповедь и в конце дал мне в руки чётки и сказал: когда ты вспомнишь возьми эти чётки в руки и говори «лаилаhа иллаллаh». Ту ночь я провёл в доме Шейха а наутро поехал домой. Несколько дней всё продолжалось как и раньше. Проповедь которую сделал мне Шейх у меня как вошло в одно ухо так из другого и вышло. Однажды я ехал в Махачкалу на автобусе и в автобусе засунув руки в карман куртки я нашёл там чётки которые дал мне Шейх и о которых я уже забыл. Я вспомнил что он говорил мне когда давал их. Я сказал «лаилаhа иллаллаh». И когда я сказал это я ощутил удивительный жар в том месте где находится сердце. Я начал читать этот зикр и я начал испытывать в сердце доселе незнакомое мне чувство. Это было удивительное и необъяснимое чувство. После этого где бы я не находился что бы не делал моё сердце начало выбивать сердцем Аллаh Аллаh … . и даже когда я слушал музыку даже тогда сердце говорило Аллаh. Иногда я просыпался ночью от какого то жара в сердце и когда просыпался обнаруживал что моё сердце говорит Аллаh Аллаh… . оно как бы само без моего участия делало это. И я испытывал в сердце какое то необъяснимое наслаждение. Через несколько дней я уже не мог пить. Потом я обратно пошёл к Шейху и стал его мюридом.

Человека который рассказал мне эту историю зовут Абдусалам и сейчас увидев его никто не скажет что он когда то был алкоголиком. Вот то что сделал Шейх с эти человеком и называется «Таваджуh», которое могут делать только истинные Шейхи. И действие его поверьте мне даёт в понимании суфизма больше чем чтение 1000 книг по суфизму.

Далее Шейх поручает мюриду совершать «зикру кальбий» то есть зикру которое совершается сердцем. Сердце мюрида начинает говорит Аллаh Аллаh и его сердце можно сравнить с мотором. До такой степени быстро сердце мюрида начинает выбивать это слово и если мюрид проявить чуть усердие то его сердце где бы он не находился что бы не делал всегда будет работать (то есть говорит Аллаh ) и если он даже захочет он не может его остановить.

Этому зикру не может научить никто кроме истинного Шейха и это первая ступень в Накшубандийском тарикате. И этот зикр как вы уже поняли совершается сердцем а не языком. И не верьте тому кто утверждает что он Шейх Накшубандийского тариката и не может вас научить этому зикру а вместо этого учит зикрам которые совершаются языком. Он никакого отношения к этому тарикату не имеет. Это не мои слова а Шейхов Накшубанийского тариката. Кто читал их книги знает что это так.

Далее Шейх через определённое время поручает мюриду совершать этот зикр в каждом из «латаиф» . этих латаифов пять «сердце», «рух» «сирри», «хафи», «Ахфа» и для каждой из них показано определённое место на теле.

Далее Шейх поручает совершать зикр всем телом, то есть всё его тело вплоть до кончиков волос начинает поминать Аллаhа. Это называется у суфиев «султану зикр». В этой ступени суфий слышит как всё вокруг даже камни деревья и т.д. поминают Аллаhа.

В книге Хасан Афанди «Танбиhу саликин» говорится: если ты спросишь как могут поминать Аллаhа эти вещи?

То знай что этого не узнает никто кроме того кто испытал это. Невозможно письменно или устно объяснит это.

Далее Шейх поручает мюриду совершать зикр называемый «хабсу нафас»

Делается оно так: Закрыв глаза, плотно сжав губы и зубы, и прижав язык к небу, мюрид должен задержать дыхание, и, исполнившись величия (та’зим), с одобрения шейха и с полной отдачей приступать к зикру. Он должен проговаривать его сердцем, а не языком, и в задержке дыхания проявить терпение. За один цикл задержки дыхания он должен произнести его три раза таким образом, чтобы отзвук (асар) зикра достиг сердца. Способ, благодаря которому тебе будет легче освоить это, заключается в том, что дыхание следует задержать под пупком, сжав губы и прижав язык к нёбу так, чтобы оно не было внутри слишком стеснено. Истину сердца нужно отвратить от всех помыслов и сконцентрировать ее на сердце. Согласно суфийскому учению сердце -божественная субтильная, тонкая субстанция [латифа], невидимая обычным зрением, которая связана с физическим сердцем. Сердце необходимо заполнить произнесением зикра следующим образом: слово ла (нет) вытягивается вверх, слово илаhа (бога) ведется в сторону правой руки, а фразой иллаЛлаhу (кроме Аллагьа) с силой ударяют в сердце так, чтобы тепло этой фразы отозвалось во всех органах”.

За одну задержку дыхания (хабс-и нафас) повтор проговаривания формулы зикра доводят до 21. И далее на сколько бы ни увеличивалось количество повторов, заканчивать следует на нечетном числе.

Это и есть зикры которым учит Шейх Накшубандийского тариката и все эти зикры совершаются как я уже говорил не языком а сердцем. Тот кто проявит усердие в выполнении этих зикров в начале потом даже если захочет не сможет заставит сердце не поминать Аллаhа, сердце само как бы без его участия, будь то наяву или во сне будет поминать Аллаhа. Когда сердце начинает так работать это считается у суфиев настоящим рождением после которой уже не будет смерти. Смерть для таких людей это всего лишь переход из одного дома в другой более желанный ими дом.

В книге Хасана Афанди «Танбиhу саликин» приводится такой случай: «одна из женщин мюридов Абдурахман асави умерла. Брат её положил руку на сердце этой женщины и почувствовал дрожь в этом месте. Он сказал другой сестре которая была рядом положи руку на её сердце и посмотри на её состояниё и не горюй о смерти сестры. Она положила руку и тоже почувствовала эту дрожь.»

Очень состояние после смерти наблюдалось у очень многих мюридов. Их так и ложили в могилу не понятно то ли живые они, то ли мёртвые.

И этим зикрам невозможно самому научиться или же научиться от неистинных Шейхов и не суфиев. Можете попробовать но вы только потратите свою жизнь в пустую и не достигните этого пока не найдёте истинного Шейха. Я мог бы привести пример множества людей которые провели десятки лет своей жизни в усердном служении оставив все блага мира но не смогли даже познать первую ступень зикра который мюрид познаёт живя как самый обычный человек.

Четвёртый путь: Муракаба. Моракаба можно перевести как самонаблюдение, созерцание; сознание, бдение; концентрация помыслов или медитация.

Это состояние полного обращения душой к Аллаhу пока мюрид не достигнет ступени «фана» Шейх учить муракхабам после того как он научит зикрам. Муракхабы которым учит Шейх в «Вилаяту сугра» также несколько.

Не буду о них тут рассказывать нам это всё равно не понят если мы не постигли это я только перечислю их. «Ахадият» «маият» «калб» «рух» «сирри» «хафи» «ахфа» Далее идут муракабы «Вилаятуль кубра» но вступать на эти ступени решается не каждый суфий. Это уже ступени избранных.

В книге «Танбиhу саликин» сказано: «Смысл Муракаба невозможно понят не испытавшему этого. Разъяснение же его может дать тебе неправильное представление о них.

Один из братьев наших говорил что ему жалко тех кто умер не познавши результат муракаба маият.»

Если мюрид проявит усердие на этих путях он достигает «фана». Об этой ступени в одной из суфийских книг говорится: если того кто достиг «фана» подвязать к тоненькой верёвке и спустить с высокой скалы и если поднимется ветер который вырывает деревья и рушит дома и если в сердце этого мюрида появиться хоть малейшая мысль об этом то пусть он знает что не достиг этой ступени.
То что я описал выше и есть Накшубандийский тарикат. Кто хочет узнать о нём подробнее может заглянут в книги Накшубандийского тариката. Самое благородное деяние на которую мы можем потратит единственную ценность которая у нас есть жизнь – это следование Накшубандийскому тарикату.

Один из суфиев сказал: если я обменяю блаженство которое я испытываю за мгновение на богатства Каруна на протяжении жизни Нуха (Ноя) то и тогда я останусь в проигрыше.

Если тому кто пройдёт этим путём предложит вместо этого Рай они не согласятся.

В своей книге «Талхисул маариф» Хасан Афанди говорит: однажды после намаза когда я поминал Аллаhа я почувствовал необъяснимое удовольствие с которым не сравнится ничто, и которое ни познает никто кроме тех кто почувствовал это. И подумал я тогда бывает ли такое удовольствие на этом и на том свете, и даже в Раю. И если бы мне предоставили выбор между Раем и этим состоянием я бы выбрал это состояние. И я надеюсь что и ты почувствуешь такое состояние если будешь постоянно совершать сердцем зикр.

Лтература:
1. Аль-Асали Камаль « опыт освещения», Амман. 1985
2. Салхия Мухаммад Исса «Палестинская Энцеклопедия». Часть 2. Бейрут. 1990
3. Альзирихли «О вселенной», Бейрут. Дом науки для милионов. 1986
4. Ибн Катир Исмаил Бен Омар «Энциклопедия сувизма», Каир, Дом знаний,1988.
5. Алинджар Амир « Суфийские братства в Египте. Происхождение пути распростронения, руководители». Каир. Дар Альмариф. 1983
6. Ибн Альдживизи Абдалрахман Бен Эли « Альмонтадим пи тарх альумам». Бейрут. Дар Садир. 1358.(по исламскому клендарю)

Пятый пост о суфизме. Полное погружение

Арабское слово фана в буквальном смысле означает «полное отсутствие», «небытие». Так суфии называли состояние человека, в котором он перерастает существовать как личность и становится проводником Аллаха.

Фана необходима, потому что самое главное препятствие между Богом и человеком – его собственное «я». Устремляясь к Богу, верующий все время спотыкается о самого себя, мешает себе идти, сосредотачиваясь на собственных желаниях и целях, пусть даже самых благих.

Решить эту проблему можно, только осознав, что человек сам по себе не может делать ничего, кроме как служить помехой на пути к Аллаху. Поэтому не надо ничего желать и ни к чему стремиться – надо лишь дать Богу действовать внутри тебя. Любая инициатива, попытка действовать от самого себя только отдаляет человека от Создателя: она сразу превращается в свою противоположность, в препятствие для спасающегося, даже если это борьба с грехом или истовая молитва.

Примеров таких «завес» в суфийской литературе приводилось множество. Когда Увайси аль-Карани – один из любимых «героев» суфизма – услышал, что какой-то дервиш целыми днями сидит в могиле, облачившись в саван и рыдая, он ответил: передайте ему, что могила и саван стали для него завесой между ним и Богом.

Другой учитель говорил, что суфий должен раскаиваться даже в своем раскаянии, потому что и в нем человек обращается взгляд на самого себя, а не на Бога. На самом деле, на свете столько же способов придти к Аллаху, сколько и людей, но все это пути от Бога к людям, а не от людей к Богу. Спасение не берется, а дается: Бога сначала встречают, а потом ищут.

Пустота и полнота

В стремлении к идеалу суфии стремились полностью перестать быть кем-то или чем-то, даже пустым местом. Шейх аль-Ашкани восклицал: я жажду небытия, за которым нет бытия! Абу Йазид, когда в его келью постучали дервиши и спросили, здесь ли он, ответил: здесь нет никого, кроме Бога.

Даже в повседневной жизни суфий, абсолютный покорный и «прозрачный» для Аллаха, не принимал никаких решений и не делал выбора – он только следовал воле Божьей. Если дервиш тонул, то не желал ни утонуть, ни быть спасенным: пусть решает Бог.

В поклонении Аллаху не могло присутствовать ничего своего, включая и желания спастись. Джунайд говорил, что тот, кто хочет попасть в рай, служит себе, а не Богу: «Я только раб, куда Он пошлет меня, туда и пойду».

Хасан из Басры наставлял: надо терпеть не из страха перед геенной и поститься не для того, чтобы обрести Рай, а ради Самого Бога, не заботясь о себе и о том, что с тобой будет. Суфийка Рабийа молилась Аллаху так: «Если я почитаю Тебя, чтобы попасть в Рай, изгони меня из Рая; если я служу Тебе из страха перед адом, ввергни меня в ад».

Нечто похожее говорил и аль-Джурджани: принятие Пути и отрицание Пути, его обретение и его утрата – все это только игра воображения. Человек не может выйти из темницы собственного разума. Он должен просто стоять, как раб в дверях, преисполненный повиновения хозяину.

Шибли выражал то же самое более ярко: дервиш должен биться головой о порог, отделяющая его от Бога, пока Тот не услышит стук и не спросит, кто стоит за дверью.

Любовь и служение

Фана была связана не только со смирением и покорностью, но и с любовью к Богу. В тасаввуф последний шаг взыскующего истины – это целиком превратиться в любовь к Аллаху. Как любящий может думать только о предмете своей любви, так и суфий «в обоих мирах не видит ничего, кроме Господа».

В суфийской притче одну старуху спросили: откуда ты идешь? – От Бога. – А куда? – К Богу. Примерно то же отвечал Ибрахим Хаввас, когда его спрашивали, в чем заключается цель его пути: «Я ищу Бога, который всегда со мной».

Язык любовной лирики очень хорошо подходил для экзальтированных суфиев. Всякий любящий стремится раствориться в своей возлюбленной, отрицая самого себя: он послушен той, кого любит, и с радостью выполняет все ее распоряжения, даже если они заставляют его страдать. Он страстно томится по ней и больше ничего не хочет знать в этом мире.

То же самое суфии испытывали по отношению к Аллаху. От разлуки с Богом дервиши рыдали так, что их слезы наполняли водосточный желоб. Рабийа однажды увидела в небе гигантскую воронку из кровавых слез подвижников, которые не могли вынести даже мгновения без общения с Аллахом.

В представлении арабов, проявившемся еще в узритской лирике, истинная, всепоглощающая любовь лишает разума, и суфии стремились именно к такой любви. Помешавшийся от страсти Маджнун думал только о своей возлюбленной и в каждом живом существе видел одну Лейли: точно так же и безумный от любви к Аллаху думает только о Боге и во всем видит только Бога.

Джафар говорил: тайна истины открылась мне, когда я сошел с ума от любви к Богу. Бистами в состоянии экстаза произносил такие странные и непонятные вещи, что многие видели в нем безумца и еретика.

Очевидно, поэтому обычные предписания ислама или любой другой религии порой казались суфиям слишком формальными, маловажными. Ученик как-то спросил у Бистами: как можно, постигнув Бога, не служить ему? Бистами возразил: а как можно, постигнув Бога, служить ему?

Один вздох дервиша в тоске по Богу стоит больше, чем сто лет богослужений. Вся его жизнь превращается в непрерывное служение перед лицом Аллаха, и ни на что другое у него не остается места.

Суфийская литература полна примерами такого самозабвенного служения вере. Рассказывали, что один дервиш старался поменьше жевать, чтобы не тратить на это время, которое нужно для чтения Корана. Другой постоянно шевелил губами, произнося имя Аллаха, так что цирюльник не мог подстричь ему усы.

Абу Хафс, работавший кузнецом, однажды услышал чтение Корана и так этим увлекся, что голыми руками достал из горна кусок раскаленного металла. А некий паломник в Мекке целый год созерцал Каабу, превратившись в бестелесное существо: не спал, не ел, не пил, не отправлял естественных нужд.

Многие святые шейхи постоянно пребывали в состоянии восторга и экстаза, за исключением того времени, когда молились: только в эти минуты они становились обычными людьми и могли выполнять предписания ислама.

Ваххабизм и суфизм

Некоторые суфийские обычаи не имеют отношения к исламу

Суфизм и ваххабизм – довольно общие понятия, под которыми часто подразумевают много всего – и хорошего, и плохого – с исламской точки зрения. Постараемся описать два этих течения, отрешившись от навешиваемых на них ярлыков и приписываемых им деяний.

Первоначально суфизм (по-арабски «тасаввуф») зародился как направление ислама, делавшее основной упор на духовность и посвящение себя Аллаху. Некоторые суфии утверждают, что суфизм получил свое название от группы сподвижников пророка Мухаммада, мир ему и благословение, которых называли «ас-хаб ас-суффа». Это были бедные сподвижники, которые всегда находились в Мечети пророка. Они вели довольно суровую жизнь, но очень духовную, и всеми помыслами устремлялись к Аллаху. Одним из них был Абу Хурайра, знаменитый сподвижник Пророка и передатчик хадисов.

Есть также мнение, что название «суфизм» происходит от группы очень набожных ученых, таких как Абдуль-Кадер аль-Джиляни и Бишр аль-Хафи, которые обычно носили одежду из грубой шерсти – суфа. Эти ученые были не традиционными факихами – знатоками исламского права, а скорее проповедниками, которые постоянно напоминали своим последователям об Аллахе и вечной жизни, и оставили о себе воспоминание как о людях высоко-духовных и при этом приверженцах простого образа жизни.

Впоследствии суфизм развился в образовательную систему, в которой ученики (которых называют «мюридами» – ищущими) следуют за конкретным наставником – шейхом. Шейх наставляет своих учеников в соответствии с определенным образовательным методом, который называется «тарика», т.е. путь или способ. Цель обучения заключается в достижении некоторого уровня духовности посредством поминания Аллаха или одного из Его имен определенное количество раз, поста в течение определенного количества дней, молитв по ночам, чтения некоторых сур Корана определенное количество раз, и т.д. Прежде чем поступить в обучение, кандидат в мюриды должен поклясться, что будет беспрекословно повиноваться своему шейху и поддерживать братские отношения с другими учениками.

С течением столетий суфийские шейхи начали создавать особые объединения, называемые «турук суфия», опираясь на методы, применяемые для духовного воспитания, и преданных им учеников. Эти группы внесли огромный вклад в проведение исламских реформ и джихад против захватчиков (например, «Аль-Махдийюн» в Африке, «Аль-Мурабитун» в Андалусии и др.).

Постепенно появились многочисленные суфийские тарикаты. Современных суфиев можно условно разделить на две категории:

1. Суфии, которые вступают в тарикаты для достижения духовной чистоты, в то же время полностью соблюдая нормы ислама в соответствии с сунной Пророка (мир ему). Они обычно называют свой вид суфизма «ас-суфийя аль-мухаккака» (т.е. достоверный суфизм). Эти суфии сверяют свою образовательную практику, молитву, пост и поминание Аллаха с Кораном и достоверными хадисами. Например, они говорят, что уединяются в мечетях на несколько недель, следуя примеру пророка Мухаммада (мир ему и благословение), который удалялся в пещеру Хира на несколько недель. Усаживаясь в круг для совместного поминания Аллаха, они приводят в доказательство правомерности таких действий с точки зрения ислама рассказы о том, что так делали сподвижники Пророка.

2. Бывают и такие, кто вступает в суфийские братства, так называемые «турук суфийя», нимало не заботясь о том, чтобы следовать сунне Пророка (мир ему). Для них это прежде всего компания, к которой присоединяются чтобы пообщаться, вместе поесть, покурить и хорошо провести время на особых празднествах, которые устраиваются возле гробницы какого-нибудь шейха. Они утверждают, что танцуют и обходят со свечами вокруг могил для того, чтобы эти шейхи выступили посредниками между ними и Аллахом, и Он ответил на их молитвы. Понятно, что такие действия не имеют никакого отношения к исламу. Они противоречат самой сути веры мусульман в Аллаха.

Конечно, это разделение весьма условное, оно отражает только два «крайних» проявления современного суфизма, между которыми заключен целый спектр других проявлений, сочетающих в себе как правомочную с точки зрения ислама практику, так и греховные действия. Утверждение, что в суфизме нет абсолютно ничего хорошего, не соответствует истине, так же как неправда и то, что любой вид суфизма – это хорошо. В каждом конкретном случае надо судить по поступкам. Если вы присоединяетесь к сидящим кружком суфиям для поминания Аллаха и не делаете ничего противоречащего сунне Пророка (мир ему), то это является дозволенным, по воле Аллаха.

Неправильно клеймить весь суфизм как «бида» – нововведение в религии – только потому, что, как говорят некоторые, «сподвижники Пророка никогда не называли себя суфиями». Ведь сподвижники также никогда не называли себя факихами, усули (юристами-теоретиками), муфассирами (толкователями и комментаторами Корана) или мухаддисами (хадисоведами). Все эти области знания появились после второго века по хиджре – так же как и суфизм.

Ваххабизм

Ваххабизм, с другой стороны, это исламское движение, названное по имени имама Мухаммада ибн Абдуль-Ваххаба, жившего в 19 веке. Имам Ибн Абдуль-Ваххаб возглавил реформистское движение на Аравийском полуострове чтобы сохранить ислам в чистой первоначальной форме, освободив его от всех нововведений, которые аравийские суфии действительно привносили в то время. Он следовал ханбалитской школе исламской мысли, и особенно ценил мнение имама ибн Таймийи. Ваххабитское движение (которое сейчас в основном называют салафитским движением) внесло неоценимый вклад в сохранение традиционного ислама, очистив Аравию от многих зол и объединив ее под властью королевской семьи Саудов (которые были учениками имама Ибн Абдуль-Ваххаба).

Некоторые под ваххабизмом и саляфизмом подразумевают прежде всего экстремизм и радикализм. Но это вовсе не так. Многие салафиты люди очень богобоязненные и добрые, хотя есть и такие, кто склонен к крайностям.

Обычно ваххабиты с величайшей осторожностью относятся к вопросу дозволенности того или иного вида поклонения, если нет достоверных сведений, что так поступал Пророк (мир ему и благословение Аллаха). Например, они считают, что усаживаться в круг для совместного поминания Аллаха, как делают суфии, или группой читать Коран не дозволено. На самом деле, в таких вопросах среди ученых существуют разные мнения, и мусульманам следует более снисходительно относиться друг к другу. С другой стороны, практикуемые некоторыми суфийскими группами пляски, зажигание свечей возле могил, попытки жить в мечети, не работая и абсолютно не участвуя в жизни общества – определенно недозволенными в исламе.

Так что, в конце концов, судить надо по действиям, а не по названиям и ярлыкам.

Д-р Джассер Ауда (Jasser Auda), профессор Катарского факультета исламских исследований, один из основателей и член Международного союза мусульманских ученых, а также многих авторитетных научных организаций – академического совета Международного института исламской мысли, Международного института исследования передовых систем, совета Центра исследования мировых цивилизаций, исполнительного совета Ассоциации мусульманских социологов, Форума против исламофобии и расизма.